ЗАКВАСКА ЛИЦЕМЕРИЯ

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Христос воскресе!

В который уже раз мы становимся свидетелями кризиса в отношениях Сына Божия и народа Божия: Христос творит добро, исцеляя слепорождённого, а самые ревностные хранители народных преданий, фарисеи, видят в этом акте милосердия одно только зло: Он-де нарушает закон, который, по их глубокому убеждению, запрещает такого рода действия в субботу. «В который уже раз» – говорю я, имея в виду, не только и не столько аналогичные евангельские сюжеты, но, прежде всего, нашу с вами сегодняшнюю реальную и повседневную жизнь в Церкви, ибо точно так же как фарисеи не понимали Христа, мы слишком часто не понимаем смысла и назначения Церкви, Им основанной. Это наше почти поголовное непонимание назначения Церкви и своего места в ней приводит к тяжёлому духовному повреждению, которое как таковое не осознаётся практически никем из нас. Точно так же как фарисеи, строгие ревнители Закона, умудрились сделаться богоборцами только потому, что поставили закон выше Бога, то есть «и поклонялись, и служили твари вместо Творца» (Рим.1.25), точно так же и мы, новый Израиль, христиане последних времён, ищем в Церкви не того, ради чего основал Её наш Спаситель, а реализации своих собственных интересов и целей.

Цель фарисеев – сохранить в нетленности Закон. Они – народ ревностный и серьёзный и не поступятся и йотой Закона. Дурно ли то, что они делают? Вовсе нет! Но вот беда: борясь за Закон и возлагая на других «бремена тяжелые и неудобоносимые» (Мф.23.4), они забыли, что Сам Бог способен защитить Свой Закон и в этом трудном деле в самозванных «помощниках» не нуждается. Они сами себя назначили соглядатаями и блюстителями Закона, совершенно упустив из виду, что от них требуется лишь только то, что и ото всех: выполнять правила, а не наблюдать за тем, как другие выполняют их. Подмена, почти не различимая невооружённым глазом! И однако, однажды совершённая, она решительно меняет всю духовную жизнь человека, потому что, вместо того чтобы увидеть, наконец, бревно в собственном глазу, фарисей начинает ревниво озираться по сторонам, выискивая «сучок в глазе брата» (Мф.7.3) своего.

Чтобы уподобиться фарисеям, вовсе необязательно выполнять в Церкви такие полицейские функции. Для этого достаточно приходить в Церковь не затем, зачем Бог велел, а затем, чтобы тем или иным образом добиваться своих целей, худых ли, добрых ли – неважно, важно – что своих! И вот один решил оздоровить себя и своих близких путём постановки свечей перед иконами. Другой, осознав однажды, что душа его пуста, взялся заполнить эту звенящую пустоту чем-нибудь «высоким» и «духовным» и теперь воспринимает Церковь как некий культурный феномен, дающий ему возможность пережить минуты высокого духовного наслаждения. Третьему вообще жизнь не удалась, поэтому Церковь представляется ему возможностью успешно реализовать свои нерастраченные способности. А уж сколько людей просто убеждены, что Церковь – это всего лишь место, где можно утешиться, получить некоторую душевно-терапевтическую помощь в наш век эмоциональных и операциональных стрессов! Этакая свинцовая примочка к ранам души, универсальная успокоительная таблетка на все случаи жизни! Отсюда и вывод: в Церкви должно быть хорошо, легко, удобно, мягко, покойно – духовно и благодатно, одним словом. При таком понимании этих слов как-то забывается, что высокие и трагические понятия духовности и благодати в контексте концепции «Церкви Утешающей» становятся синонимами душевного комфорта, совершенно неуместного там, где происходит ежеминутная яростная до крови борьба добра со злом, где ежедневно совершается Великая Жертва Евхаристии, где вновь и вновь звучат слова апостола: «Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете» (1.Кор.11.26).

Непрестанное «возвещание» смерти Господней, постоянное памятование о Жертве, которую Бог принёс за нас, как-то не вяжется с удовольствием и успокоением. А слова святого апостола Павла: «Да и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2.Тим.3.12) – и вовсе не обещают скорых радостей, во всяком случае здесь, на этом свете. Всё дело в том, что Господь создал Церковь Свою как Живой Организм, способный вырвать человека из липких объятий греха, извести его из «ада преисподнего» (Втор.32.22), как это символически изображено на предлежащей нам ныне иконе Воскресения Христова. И для того чтобы соработничать Христу-Спасителю в благом деле спасения человека, самому человеку, вошедшему в Церковь, необходимо совершить подвиг покаяния. Совершить подвиг, а не получить удовольствие, ибо только для тяжких трудов покаяния и создана Господом Его Святая Церковь.

Если Мария Египетская, если преподобный Серафим, если все святые так тяжко, так мучительно трудились, спасая только свою душу, отчего нам кажется, что с нас хватит просто повздыхать, поохать, возвести очи горе и распустить губы в умилительную улыбку? Какое отношение все эти чисто внешние гримасы и ужимки имеют к благодати и духовности? Воюя с Господом, упрекая Его за мнимое нарушение заповеди о субботе, фарисеи отстаивали своё видение духовности, они воевали за Закон, как они его понимали. И Господь многократно указывал Своим ученикам на то, что от такого понимания духовности исходит смертельная опасность: «Берегитесь закваски фарисейской, которая есть лицемерие» (Лк.12.1). Попомним же и мы, что Церковь Христова утверждена на Его Пречистой Крови не для того, чтобы мы переживали необыкновенные и восторженные состояния, не для того, чтобы мы как-то заполняли вакуум собственных душ, а для того, чтобы мы каялись и в этом благом деле восходили от силы в силу «в меру полного возраста Христова» (Еф.4.12). Аминь.

Проповедь священника Сергия Ганьковского www.hram.info

Внутренний чиновник

Заповедь о субботе, в отличие от многих «преданий старцев», была божественным установлением: это — четвертая из десяти заповедей, данных Богом Моисею на горе Синай. И если Богочеловек нарушал собственное повеление, то это, конечно, имело вполне определенную цель. Ученики срывают в субботу колосья и растирают их руками, слышат за это укоризны — и вот, сразу же после этого, Христос исцеляет сухорукого. А в другую субботу Спаситель дарует исцеление человеку, больному водянкой. А в сегодняшнем евангельском чтении мы слышим об исцелении скорченной женщины. Господь совершает все эти чудеса среди народа, и, конечно, незамедлительно следует реакция. Кто-то радуется за исцеленных и прославляет Бога, а кто-то выставляет Иисуса нечестивцем и кощунником. И сбываются слова старца Симеона: «се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий… да откроются помышления многих сердец» (Лк 2:34–35).

Именно так всё и происходило (и происходит до тех пор). Чудеса, которые творил Христос, становились предметом пререкания, предметом обсуждения, осмысления — и открывались помышления сердец. В том числе — помышления начальника синагоги. То, что говорит этот человек, мог сказать только бездушный чиновник, омертвевший бюрократ. На его глазах происходит чудо, т. е. то, что превосходит законы естества, то, что нельзя объяснить — и невозможно приручить. Но его ум занят правилами и инструкциями, и он распоряжается: приходите исцеляться в прочие шесть дней, а не в субботу. Не безумие ли это? Откуда ему знать, где будет Иисус на следующий день и что Он будет делать через неделю? Но в его суконной душе уже всё упорядочилось: здесь у нас будет сидеть целитель, тут расположатся посетители, организуем сбор пожертвований, в конце недели — пресс-конференция, принимаем заявки через электронную форму на сайте… А в субботу всё будет благообразно и благочестиво. И без глупостей, пожалуйста! Но неспособность удивляться чуду, но нежелание видеть человека, но связанность пунктами и параграфами — удел не одного лишь несчастного начальника синагоги. Во многих из нас сидит внутренний чиновник, который исправно напоминает своему хозяину и окружающим о разного рода запретах, ограничениях и предписаниях.

Дочь выходит замуж, мать наставляет ее: «Помни, в среду и в пятницу нужно воздерживаться». Это единственное, что может сказать мама своему ребенку в такой важный миг? Наш далекий от Церкви друг неожиданно пришел в храм на исповедь. «Что, причащаться будешь? А мясо вчера не ел?» Это всё, что нам приходит в голову, когда мы становимся свидетелями чуда — Господь привел человека к Себе? Православного знакомят с замечательной женщиной, которая постоянно ездит в детский дом в Ивановской области, привозит вещи, общается с детьми. «Платка нет, в ушах серьги, — замечает православный. — Всё ясно». И неужели кроме этой пошлости ничего не всходит ему на ум и на сердце? Но в сердце — внутренний чиновник. Конечно, это некоторое преувеличение. Гипербола. Ирония. Гротеск. Но в каждой шутке есть лишь доля шутки, а всё остальное — правда.

Многие из нас послушно повторяют слова Спасителя: «Суббота для человека, а не человек для субботы», — но в кармане как будто держат кукиш: нас-де не обманешь, мы-то ведь прекрасно знаем: нужно делать всё правильно — и будет тебе счастье. Нужно выстоять, вычитать, пропоститься, промолиться, соблюдать, не нарушать — и тогда ты будешь добрым христианином, тогда ты, к примеру, сможешь достойно (с достоинством?) причаститься, тогда никто не сможет тебя осудить, тогда и Господь, увидев, как хорошо и правильно мы всё сделали, сотворит с нами какое-нибудь чудо, явит знамение, засвидетельствует наше избранничество.

Христос обедал с мытарями и блудницами — рэкетирами и проститутками. С людьми, столь погрязшими в грехе, что им было уже не до правил. И, может быть, именно поэтому их покаяние, их деятельное изменение жизни оказывалось, как ни странно, подчас более быстрым и глубоким, чем у их добропорядочных единоверцев. Ведь очень трудно заставить изменить жизнь человека, у которого всё правильно, всё расставлено по порядку, налажено и отработано. Он доволен своей жизнью и самим собой — к чему что-то менять? И если Господь неожиданно вторгается в нашу жизнь — ломая все представления о правильности, сокрушая идолов благообразности и благопристойности, то мы нередко говорим вместе с жителями страны Гадаринской: «Уйди от меня». Или, как начальник синагоги: «Нет, не сейчас, не во время моего покоя, но когда я сочту это подходящим и соответствующим». Но Христос стучится в наше сердце. Откроем сейчас — или подождем до лучших времен?

Священник Феодор Людоговский

Только сильные люди любят слышать о себе правду

Люди редко любят слышать правду о самих себе, в очень редких случаях, и только сильные люди. Большинство любят слышать о себе только хорошее и доброе. И когда это хорошее и доброе говорится, то предполагается, что человек, в адрес которого это говорится, должен в награду за добрые слова, часто лицемерные и ложные, делать что-то тому, кто эти слова говорит. Вот из этой простой логики взаимного обмана строится практически большая часть нашей жизни. Проанализируйте свои беседы в компаниях, среди коллег, за столом, особенно там, где есть начальство, и вы тут же определите эту ложную ноту. Эта ложная нота свидетельствует о лицемерии и лжи, и она не отвращает людей от коварства. Те, кто говорит ложные и лживые слова, могут совершить и коварный поступок, будучи уверенными, что их ложные слова разоружают того, против кого они имеют недобрые мысли.

Эта ложь проникла не только в наши личные отношения с близкими, она присутствует и в общественных отношениях. А там, где ложь, там не может быть покаяния, там нет осознания греха, там нет желания сбросить с себя греховное бремя, а значит — нет искреннего желания идти навстречу Богу. Вот почему  нужен  был Предтеча,  который  грозно  обличал народ. И ведь кто-то, наверное, с недоумением пожимал плечами, кто-то плевался, кто-то, наверное, проклинал этого человека и уходил. Но ведь как много людей в этих словах слышали Божию правду, которая помогла им потом принять и слово Спасителя! Вот почему он выше всех святых — он удобрил ту почву, на которую падали семена Христовой проповеди. Церковь Божия призвана продолжать служение Христа Спасителя — и царское, и священническое, и пророческое. А это значит, что Церковь призвана возвещать людям Божию правду, ту самую, которая рассекает человеческое общество этим обоюдоострым ножом, и личность человеческую, а это очень больная и болезненная операция. И кто-то способен принять это усекновение в надежде, что добро будет отсечено от зла навсегда и, опираясь на добро, можно будет построить новую жизнь, а ведь кто-то этого не желает, кто-то комфортно себя чувствует во лжи, в пороке, во грехе. Жена Ирода чувствовала себя комфортно в этой греховной жизни и не пожелала слышать правды, рассекавшей ее существо, она предпочитала пребывать в этой целостности своей жизни, подчиненной греху. Церковь на протяжении всей своей истории провозглашает Божию правду, поэтому у Церкви всегда есть враги — те, кто не желает жить по правде, кого устраивает ложь. Служить в Церкви — это однозначно предполагает иметь поддержку сильную, крепкую, но иметь и противников.

Но, несмотря ни на что, Церковь в течение всей своей истории продолжала свое пророческое служение. В какие-то времена, когда народ в большинстве своем признавал учительный авторитет Церкви, она говорила громко, лучшие умы работали для Церкви, самые сильные философы, мыслители стали церковными богословами. Мы их сегодня называем святыми отцами Церкви, которые оставили драгоценное наследие, патристическое наследие Церкви. И из этого наследия мы видим, как Церковь осуществляла свое пророческое служение во времена расцвета и славы и какое огромное влияние слово правды оказывало на человеческую семью. Но были и другие времена, когда Церковь не могла говорить громко это слово правды, когда она молчала. И чудом Божиим сохранившись до нынешних времен, когда Церковь обладает свободой, она сегодня, опираясь в первую очередь на тех, кто готов слышать ее слово, спокойно, неконфронтационно, никого не провоцируя и не возбуждая, содействуя единству и примирению своего народа, одновременно свидетельствует о Божией правде, продолжая великое пророческое служение Христа Спасителя, продолжая служение святого Пророка, Предтечи и Крестителя Иоанна.

А как же общество должно реагировать на это пророческое служение? Так, как реагировало в прошлом, затыкая рот, убивая пророков, отсекая им главы, заточая их в тюрьмы, отправляя в ссылки или просто подвергая общественной обструкции, изгнанию из сферы общественных отношений? Ведь все это было, и мы знаем страшные последствия этого исключения Церкви из общественной жизни. Общество проявляет свою гражданскую зрелость, в том числе, и в способности слышать пророческий голос Церкви, не посылая к оруженосцам с требованием усечь главу говорящего, но вслушиваясь и вдумываясь в пророческое слово Церкви, которая ничего не ищет для себя – ни власти, ни денег, ни господства, но только права быть голосом совести своего народа и говорить людям Божию правду, без которой народ теряет жизненные ориентиры, без которой народ может заблудиться и погибнуть.

Вот и сегодня, продолжая пророческое служение, Церковь обращается к своему народу со словами любви, примирения. Сегодня голос Церкви — смиренный голос, ибо Церковь не простирает своей власти, ни даже властных помыслов на те сферы, где концентрируется человеческая сила. Она действует там, где нет человеческой силы, для того чтобы была явлена сила Божия. И от того, как Церковь своим смиренным голосом, своими безвластием и бессилием способна сегодня нести людям Божию правду, во многом зависит будущее народа нашего и в каком-то смысле будущее всего мира.

Скачать приходской листок «Сретение» от 29.05.2011 (254Кб)