Часто люди, приходящие в храм «сделать что-то» для усопших близких, с готовностью пишут записки за упокой и заказывают сорокоусты. Но как только речь заходит о личной молитве, их энтузиазм сходит на нет.
Да у нас некому молиться. Как некому, а вы? А я не умею. Да не надо уметь — берите молитвослов, читайте литию. Читать же вы умеете? Это десять минут займет ежедневно, не такая уж большая жертва, а пользу принесет и вам, и тому, за кого просите… но в глазах уже пустота: я Отче наш читаю каждый день. Может, еще что-нибудь у вас заказать можно?
Можно. Панихида будет в пятницу утром, приходите. Не, нам некогда, живем далеко, а завтра на могилки поедем. Потом родственники поминать придут. Объясняешь, что смысл поминок — не в совместном поедании кутьи, но человек уже опять не здесь — он мысленно заказывает булки в пекарне и высчитывает литраж компота… Вы тут молитесь, а у нас есть дела поважнее — это прямо в воздухе висит. Грустно так, аж помирать не хочется.
Н.Уголькова
