Неделя проходит в суете. Уже во вторник забыл, что идет Великий пост. Нет, колбасу, конечно, не ел (ее я ел в Неделю Торжества Православия, пшеничную), просто ушло ощущение поста. От суеты. В понедельник в храме совершилось таинство соборования, обычно совершаемое Великим постом. В четверг помогал соборовать отцу Александру в Абае. Таинство это удивительное по своей форме и содержанию. Хотя обычно батюшки не любят соборовать, очень уж это долго и утомительно, сейчас Синод даже утвердил краткий чин соборования, чтобы его можно было совершать «поскору» в больницах, например. Но полный чин соборования удивителен, семикратное чтение священных текстов, особенных молитв, помазание еллем — все это создает особый ритм, входя в который душа исполняется смирения перед Богом, дающим благодать исцеления.
Неоднократно в течение своей практики был свидетелем чудодейственности этого таинства. Помню один случай, когда пришлось соборовать случайно. Пригласили меня причастить старичка. Родственники — народ не церковный — просто от отчаяния перед лицом смерти решили позвать «саминезнаемзачем» попа. Придя в дом, обнаружил, что дедушка в коме. Ни разу не причащался, не исповедовался. Посмотрел на несчастных родственников и, желая хоть чем-нибудь оправдать их надежды, решил пособоровать. С собой не было ни кадила, ни свечей, только требник. После совершения таинства зять спросил, что им делать, когда дедушка скончается. Дав все подходящие к случаю советы, я ушел и через день уже забыл об этом событии. Прошло три месяца, приходит в храм человек и просит совершить отпевание тестя. По дороге он говорит, что, вот, вы у нас были и что-то там дедуле делали. Тут я вспомнил его. Оказалось, что на следующий день после соборования дедушка встал совершенно здоровым. Три месяца прожил и скончался от инсульта. На мой вопрос, почему же меня не пригласили причастить тестя, когда он пришел в сознание, зять пожал плечами, мол, не знаем. А я подумал, что еще одной душе Бог дал чудесную возможность покаяния, а человек прошел мимо, не поняв и не приняв Божественного дара. Вот уж точно, душе моя, душе моя, восстани, что спиши! Как бы и нам случайно не пройти мимо.
